Ольга Шелест: «С каким бы недугом не родился ребенок, он не может быть наказанием!»

Рубрика: 
Дата публикации: 26 октября 2017 317 0

Ольга в формеЗаместитель начальника отдела информации и общественных связей ГУ МВД России по Самарской области, подполковник внутренней службы Ольга Шелест помимо своей основной деятельности является активным волонтером, помогающим детям-сиротам с ограниченными возможностями здоровья найти родителей. В прошлом году с ее помощью заветных маму и папу обрели 11 детей, и в этом году уже 23 ребенка обрели дом. У всех серьезные проблемы со здоровьем. Что для них значит попасть в семью, какое будущее ждет таких детей в детском доме, и что лично для Ольги значит волонтерская работа, она рассказала журналисту Бебинки.

 

— Ольга, расскажи, как ты стала волонтером, и почему ты ищешь семьи детям с особенностями развития?

— Так случилось, что мой младший сын Юра болен. Синдром Канаван — малоизученное в России и неизлечимое во всем мире заболевание. Это очень страшно — жить, осознавая, что твой ребенок умирает. Сначала ты задаешь себе вопрос — Зз что это мне? Вообще, каждая мама, у которой рождается особенный ребенок, не важно ДЦП это, гидроцефалия или какая-то другая болезнь, задается вопросом: «Где я так сильно согрешила, что мне дано такое наказание?» Но проходит время: своего ребенка любишь и понимаешь, что он не может быть наказанием. Тогда возникает вопрос — для чего мне дан такой ребенок? И ответила я себе на этот вопрос окончательно только тогда, когда попала в государственные учреждения для детей-сирот и занялась не просто помощью домам ребенка, а поиском семей для детей оттуда. Столкнувшись с бедой четырехмесячного Кирилла, который по прогнозам должен был всю жизнь прожить глубоким инвалидом, я осознала: вот для чего надо жить, работать, иметь страницы в соцсетях. Вот кто без твоей помощи никак не обойдется. Если я не помогу, то как они еще найдут себе семью.

Ольга с Кирилом

Ольга с Кириллом в доме ребенка

— Когда ты впервые увидела Кирилла?

— Когда я узнала, что в Самаре есть дом ребенка «Малютка», где дети пусть с другими диагнозами, но в таком же тяжелом состоянии, как мой сын. Я очень захотела туда попасть, чтобы почувствовать, что я не одна, проконсультироваться с врачами, которые знают и видят самых тяжелых детей. Приехала, видела разных детей в разных состояниях. Через три месяца приехала снова уже с очень нужной для детского дома спецгазелью. Им не на чем было возить детей на процедуры. Газель купили знакомые меценаты. Потом устроила детям праздник с участием байкеров. Потом я приезжала еще несколько раз. И вот в канун 2016 года вместе Дедом Морозом и Снегурочкой я приехала поздравить воспитанников «Малютки» с самым волшебным праздником. Нас с подарками повели по детям, которые не смогли прийти на общую елку. Подошли к одной кроватке, там лежит малыш четырехмесячный, абсолютно непропорциональный, изогнутый дугой, с отстраненным выражением лица, как будто его нет. Я наклонилась к нему и спросила: «А кто у нас здесь такой красивый лежит?» И вдруг он вскидывает на меня огромные серые глаза, и его лицо озаряет беззащитная беззубая улыбка. До сих пор, когда я вспоминаю нашу первую с ним встречу, у меня мурашки по телу бегут, и ком к горлу подступает. Мне говорят: это Кирилл, у него заболевание спино-бифида. Ноги не чувствительны, наверное, он ходить никогда не будет.. Мое сердце, наверное, остановилось в тот момент. Страшнее чем у моего ребенка диагноза быть не может. А этот ребенок сохранный, пусть, возможно, он не будет ходить, но это не значит, что он должен всю жизнь провести в доме инвалидов.


В детских домах России проживает порядка 30 млн. детей. Количество отказников в 2016 году составило 70 000 человек. 


— Как скоро удалось найти Кириллу семью?

— Через пять дней после встречи с Кирюшей, 4 января, я написала о нем свой первый пронзительный пост. Его одиночество в кроватке не давало мне покоя. Писала сердцем, все время вспоминая его доверчивый открытый взгляд и беззубую улыбку. Может быть, поэтому Кирилл стал знаменит на всю Россию. До сих пор очень много людей интересуются, как он живет. А тогда я просто решила найти ему маму. Нельзя лишать ребенка счастья только из-за того, что у него не двигаются ножки. Я писала о нем три месяца, возила к Кирюше одного из лучших врачей-неврологов Самары.  Выяснилось, что чувствительность у него в ногах есть. Но если он будет все время лежать, мозг не будет знать, что есть ноги. Ребенком нужно заниматься. Нужна мама, семья. Родители нашлись через три месяца. Это очень быстро. 7 апреля 2016 года, на Благовещение, он уехал домой. Уже полтора года Кирюша живет в приемной семье. Его забрала потрясающая многодетная семья из Ижевска. Это люди, в которых море энергии и позитива. Принять чужого ребенка для них — как дышать. Буквально пару недель назад они забрали к себе из самарского детского дома и 12-летнюю Ангелину. У нее тоже есть проблемы с опорно-двигательным аппаратом. Но для семьи Русских она — желанная дочь, которой будут заниматься и восстанавливать. И сейчас уже точно известно, что Кирюша будет ходить.

Семья Русских

Семья Русских из Ижевска, усыновившая Кирилла и Ангелину (справа)

— Что самое сложное, на твой взгляд, ждет приемных родителей, берущих особенного ребенка?

— Самое сложное, мне кажется, принять ребенка, как своего. Со всеми его особенностями, с его характером. Чтобы не застряло в голове, что он все равно немного чужой, может быть, с «плохими» генами. Самой сложной девочкой, которой я занималась, была маленькая Иришка. Ее биологическая мама — наркоманка, малышка родилась недоношенная, со спинномозговой грыжей и ДЦП. Мама отказалась от нее сразу в роддоме. Малышка перенесла несколько операций и инсульт. Маленькая 3-летняя девочка перенесла инсульт! Почти не говорила и ползала только на спине, как паучок. Полгода я писала о ней. Писала и сама мало верила, что получится. Но нашлась ее настоящая мама. Сейчас Иришку не узнать. Теперь у нее есть мама, папа, брат, сестра и даже собака. И все они приняли ее, любят всем сердцем, как свою. Конечно, все сталкиваются с проблемами, и у ребенка, все время бывшего в системе, в семье проявится депривация. Родители должны быть к этому готовы.

— Сколько детей с твоей помощью уже нашли семью и кто сейчас ждет встречи с мамой?

— В прошлом году мне удалось найти семью 11 малышам. Я писала их истории везде, где можно, всех видела лично. Все приемные родители из разных городов жили у меня, пока готовились документы на детей, вместе с ними я забирала новых дочек и сыночков. Сейчас я уже сама удивляюсь, как быстро откликаются люди на мои посты. Недавно я написала пост о двух сестрах: 11-летней Кате и 9-летней Веронике. И вот они уже уехали в семью. Уехала в семью Кирюши 12-летняя Ангелина. Нашла маму 3-летняя Вика. Сейчас подписано согласие на семилетнюю Дашу и ее 8-летнего брата Саши. Дети — отказники с рождения, младенцами были усыновлены, всю сознательную жизнь прожили в приемной семье, но недавно глава семьи умер, и приемная мама вернула их в детский дом. Приехала еще одна приемная мама из Москвы, познакомилась с Ириной, ей 12 лет, и удочерила девочку.

Ирина в цветах

Ирина, уехавшая с приемной мамой в Москву

Сейчас сердце болит у меня за 5-летнего Вовку! Ему срочно нужно в семью! Его история очень печальная. Он родился с лишней хромосомой, таких детей называют «солнечными». Биологические родители оказались не готовы к особенностям своего сына и поместили его в государственное учреждение. Всю свою жизнь Вовка провел в доме ребенка. Там его очень любили воспитатели, называли Маленьким принцем. Он очень добрый и трогательный, многое умеет сам. Недавно родители официально оформили отказ от ребенка. И теперь Вовку будут переводить в детский дом. Мне страшно представить, какая это будет глубокая травма для беззащитного малыша. Он осиротеет во второй раз: лишится привычного мира, любимых воспитателей. В пять лет останется один на один с жизнью. Со слов психологов мальчик очень уравновешенный и любит развивающие занятия, улыбчивый и во многом самостоятельный. Ему очень нужна мама!

К сожалению, в этом году из-за плотного рабочего графика я не вижусь лично со всеми теми детками, которым ищу семью. Но постоянно на связи с департаментом опеки и попечительства города Самары. Там работают чуткие люди, по-настоящему переживающие за детей! И как только находятся родители, в кратчайшие сроки готовят необходимые документы.

Ольга с детками

Ольга с особенными детками

— Что бы ты хотела сказать людям, которые в эту минуту решают для себя вопрос брать ребенка из детского дома или нет?

— Я ищу семьи только детям, которым тяжело найти маму и папу: детям-инвалидам, подросткам, «паровозикам» — это когда в семью устраиваются братья и сестры от трех и более человек, и не каждый может взять особенного ребенка. И не надо чтобы каждый. Если есть потребность, то люди берут таких детей и радуются каждому их маленькому достижению. Такой их жизни, какая она есть. Есть люди, которые забирают только детей с ВИЧ. Это такие же дети, просто им нужно четыре раза в день принимать лекарства. Но и до понимания этого тоже надо дойти. Кто дошел, тот прекрасно живет с такими детками.

Не все могут взять чужого ребенка, полюбить его. Но многие хотят помогать и помогают деткам по-другому. Кто-то оплачивает лечение ребят, которые уже живут в приемной семье. Кто-то просто приезжает и привозит подгузники и развивающие игры.  И это тоже огромная поддержка. Дети-сироты страдают от дефицита внимания. Дети-инвалиды страдают вдвойне. Даже если маленькая группа и есть замечательный воспитатель, все равно он не может покачать всех детей перед сном. Максимум что он может — это прочесть сказку.  И занятий будет больше с теми, с кем можно поиграть, развивать, научить ползать.

Мое личное мнение, и я никому его не навязываю: дети-инвалиды — это дар Божий! На мой взгляд, это как испытание, которое дает Господь. Мой Юра для меня — как связующее звено с Богом. Каждый раз, когда я начинаю искать ребенку семью, я прошу Юру: «Давай, сынок, поговори с небесами, пусть его увидит мама». И у Юры получается...

Беседовала Кристина Лысова


Следите за жизнью Бебинки в социальных сетях: ВКонтактеОдноклассникиФейсбукТвиттер, Инстаграм.


Читать на эту тему